Боевые корабли мира

В годы, предшествующие Первой мировой войне, в Англии заказывали линкоры для своих флотов ряд государств, не имеющих опыта в строительстве дредноутов - Аргентина, Чили, Бразилия, Турция. Летом 1911 г. турки заказали в Англии корабль этого класса. Когда финансовые затруднения заставили Бразилию отказаться от аналогичного заказа, в декабре 1913 г. все та же Турция перекупила находившийся на стапеле линкор “Рио-де-Жанейро” ("Rio de Janeiro").

К началу лета 1914 г. оба дредноута – “Султан Осман I” ("Sultan Osman") и “Решадие” ("Reshadieh") были близки к завершению. (В момент подписания договоров линкоры именовали “Решад-и-Хамисс” и “Решад V”, потом первый переименовали в “Осман Бириндже”). Однако английские фирмы под всеми предлогами затягивали сдачу кораблей: близилась осень 1914 г. – время, по прогнозам английских политиков, наиболее вероятное для возникновения англо-германского конфликта.

Ход событий подтвердил прогнозы, и англичане не упустили момента. Как только 28 июля 1914 г. Австро-Венгрия объявила войну Сербии, Англия поспешила реквизировать оба турецких дредноута и включила их в состав своего флота под названием “Эджинкорт” ("Agincourt") и “Эрин” ("Erin"). Это вызывало негодование турок, рассчитывавших усилить свой флот этими кораблями, часть средств на постройку которых была собрана по общественной подписке. (Эта “турецкая” точка зрения часто фигурирует в различных изданиях, но для объективности надо напомнить, что большая часть оплаты шла из немецких источников, и несколько платежей было просрочено). Реквизицией воспользовался кайзер Вильгельм II, планировавший втянуть Турцию в войну на стороне Тройственного союза. Он не замедлил предложить турецкому правительству два новых боевых корабля, находившихся с 1912 г. в Средиземном море.

10 августа в 17:00 “Гебен” и “Бреслау” вошли в Дарданеллы и вместе с турецким эсминцем проследовали к Чанаку, где стали на якорь в 19:30.

С прибытием немецких кораблей в Стамбул германский посол буквально в ультимативной форме предложил турецкому правительству фиктивно их “купить”, дав на размышление сутки. Русский посол в Стамбуле заявил великому визирю, что по международным правилам корабли воюющих государств могут отстаиваться в портах нейтральных стран не более 24 часов. Оставался единственный выход... На следующий день, 11 августа, политическая сделка состоялась. 13 августа Турция объявила, что она купила у Германии “Гебен” и “Бреслау”, которые войдут в состав турецкого флота под названием “Султан Селим Джавус” (в переводе с турецкого “Султан Селим Грозный”, немцы воспроизводили это название на свой лад - “Jawus Sultan Selim”) и “Мидилли”. Турецкие флаги на крейсерах были подняты 16 августа, тогда же корабли официально переименовали. Команды на кораблях оставались немецкие.

“Гебену” было дано имя одного из самых победоносных султанов Турции – Селима I (1467-1520), который в многочисленных сражениях одержал победы и завоевал Месопотамию, Курдистан, Сирию и Египет. Жестокая политика по отношению к внешним и внутренним врагам послужила причиной исторической приставки к его имени – “Грозный” (“Явуз”).

Вице-адмирал В.Сушон (вице-адмирал с 27.01.1915г.), командовавший до этого германскими кораблями, не только сохранил свои права, но и был назначен командующим турецким флотом. Вторым флагманом был назначен турецкий контр-адмирал Ариф-Бей.

В конце августа командующему Черноморским флотом России А.А.Эбергарду было сообщено, что через Румынию и Болгарию в Турцию проследовал специальный поезд с немецкими моряками (несколько офицеров и 840 матросов) для усиления экипажей новых “турецких” кораблей и помощи в их обслуживании.

Вообще же до поражения Сербии доставка в Турцию личного состава и материальной части встречала значительные затруднения. Даже боеприпасы для “Гебена” и “Бреслау”, присланные в начале войны в первоначально намеченную для них базу – Триест, пришлось доставлять в Константинополь сухим путем через Кронштадт (в Семигорье), Бухарест и Журжево, так как путь через Сербию был закрыт. Перевозка этих боеприпасов из румынского речного порта Журжево на пароходах по Дунаю и по Черному морю в Константинополь была невозможна ввиду угрозы морскому транспорту со стороны русского флота. Поэтому боеприпасы были погружены на баржи и перевезены в болгарский порт Рущук, откуда они были доставлены в Константинополь по железной дороге.

Министерство иностранных дел России через своего посла в Стамбуле предупредило турецкое правительство о том, чтобы оно запретило своей эскадре выходить в Черное море, так как немецкие офицеры, находившиеся на турецких кораблях, могут спровоцировать военный конфликт.

Турецкое правительство на предупреждение русского посла не ответило, а в телеграмме от 2 октября 1914 г. российский посол в Стамбуле Гире сообщил о выходе в Черное море линейного крейсера  “Гебен”. 22 октября Сушон получил пакет от Энвер-паши: “Добейтесь господства на Черном море, найдите русский флот и атакуйте его без объявления войны...”.